Можно ли всё, что сейчас показывается на сцене, музее назвать искусством?

Опубликовано: 48 дней назад (22 ноября 2014)
Рубрика: Без рубрики
0
Голосов: 0
"Министр культуры" Мединский: "Не все современное искусство является искусством. Когда ребенок рисует домик с перекошенной крышей и у него спрашивают, почему такой домик получился, он говорит: «Я не умею». А когда то же самое получается у взрослого, это называется – «я так вижу».
Репертуарная политика! Какие названия, по какому принципу они подбираются ну и т.д. Кстати | 5 способов художнику найти работу
Вадим Сайфуллин # 22 ноября 2014 в 20:43
http://grani.ru/Society/Media/m.214019.html
Роскомнадзор вынес предупреждения за нарушение ст. 4 закона "О средствах массовой информации" Граням.Ру, а также изданиям Полит.Ру, Обещания.Ру и Сибкрай.Ру. Об этом сообщают "Известия". Ведомство уличило издания в разжигании религиозной розни. Поводом для предупреждений стали новостные публикации о новосибирском художнике Артеме Лоскутове, которого мировой суд 1 февраля оштрафовал за выпуск и продажу футболок с "иконами Pussy Riot".
Вадим Сайфуллин # 22 ноября 2014 в 20:43
http://mtrpl.ru/2012/05/29/i-dont-get-art/
Я НЕ ВЪЕЗЖАЮ В СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО

Знаете что? Мне надоело прикидываться. Я ходил в художественное училище, написал диссертацию под названием «Искусство с точки зрения коммерции: анализ подхода Чарльза Саатчи к механизму производства предметов искусства при помощи теорий социальной стратификации Пьера Бурдье», раз в месяц на протяжении пяти лет ходил на все новые выставки и даже покупал там какую-то х.... Но побывав на открытии ретроспективы работ Трейси Эмин в галерее «Хэйворд», я, наконец, готов признаться: я не въезжаю в современное искусство.
Никита Истюшкин # 23 ноября 2014 в 03:24
Можно по-разному относиться к современному искусству, антиискусству, авангарду, концептуализму и т.д. Марсель Дюшан настаивал на том, что искусство это всё, что угодно, что сам художник назовёт таковым, и выставлял писуар, называв эту "скульптуру" "Фонтан." Теперь это классика... Есть точка зрения, что для того, чтобы понять некоторые произведения, нужно обладать определённым багажом знаний, например, является ли разбитая чашка произведением искусства? А если, глядя на неё, вспомнить историю про Диогена и его чашку? Это уже смысл. Можно улавливать эмоциональные вибрации, можно пытаться разгадать ребус художника...
Но.
Матом рассказать, что ты ничего не понимаешь... это старая тема, банальная и избитая. Никак не трогающая. Детский сад: художественное училище, диссертация и ничего, блять,не понимаю!

Мединскому можно посоветовать тест (он есть в сети), где из предложенных картинок надо выбрать, где рисунки обезьян, а где полотна художников. Как раз для министра культуры.
Вадим Сайфуллин # 23 ноября 2014 в 15:06
http://zavtra.ru/content/view/diktat-menshinstva-/
Диктат меньшинства
Ирина Медведева, Татьяна Шишова
30 мая 2013 8
Политика Общество

Комиссары новой культурной революции
Со времен перестройки мы, казалось бы, уже привыкли к тому, что деятели так называемого андерграунда (или, говоря по-русски, подпольного искусства) вышли из своего подполья и обрели достаточно большие возможности публиковаться, выставляться, ездить за границу, получать гранты. Нельзя, правда, сказать, что вместе с перечисленными возможностями к ним пришло широкое признание, но его нехватку легко было компенсировать уверением себя и друг друга, что элитарное искусство всегда было, есть и будет достоянием вовсе не большинства, а узкого круга утонченных ценителей. Да и новый креативный класс (который, впрочем, так себя тогда не именовал), а также поддерживавшие его чиновники на большинство внимания не обращали. И большинство постепенно смирилось с тем, что элитарным искусством теперь называется всякая мура, а за другое (которое молодые представители креативного класса презрительно называют "отстой") денег особо не платят и международным признанием не балуют. Но и гонениям не подвергают. В общем, установился некий пусть аномальный, но все же баланс.
Однако в последнее время этот баланс явно стремятся нарушить и уже существенно нарушают. Причем, отнюдь не в сторону восстановления нравственной и эстетической нормы, как можно было бы предположить по заявлениям Президента о необходимости выработать идеологию на основе нашей тысячелетней традиции.
Во всяком случае, в Москве вдруг стали отдавать крупные театры, а также Дома культуры, выставочные залы и т.п. под начало тех деятелей культуры и искусства, которые, похоже, поставили перед собой цель разрушить последние, уже порядком истончившиеся, но все еще сохраняющиеся моральные преграды, не позволяющие человеку превратиться в нелюдь.
Революционное искусство
Очень показателен в этой связи скандал, возникший в театре имени Гоголя из-за назначения новым художественным руководителем Кирилла Серебренникова. Практически вся труппа была возмущена этим назначением и не пожелала участвовать в постановках, подобных тем, которыми прославился режиссер. Упомянем лишь некоторые. Спектакль "Пластилин". С него Серебренников начал свое восхождение. Герой пьесы — мальчик 14 лет, изнасилованный матерью и двумя мужчинами. В "Полароидных снимках" явлено "органичное сочетание" некрофилии и педерастии, поскольку на сцене совокупляются два представителя мужского пола, живой и мертвый. В "Голой пионерке" (само название чего стоит!) фигурирует девочка, попавшая на фронт, изнасилованная советскими солдатами и ставшая фронтовой проституткой. В спектакле "Отморозки" молодежь на сцене устраивает беспорядки, швыряет ограждения, пинает ОМОН и милиционера. В спектакле "Клеопатра и Антоний" декорации изображают сцены совокуплений. В конце спектакля действие переносится в бесланскую школу.
Но не только "Гоголь-центр" становится рассадником всякой мерзости. На сцене МХТ, одного из самых известных театров Москвы, возглавляемого О. Табаковым, идет постановка Серебренникова "Человек-подушка". Спектакль о том, как некий сказочный герой по имени Человек-подушка приходит к детям и подстрекает их к самоубийству: подсовывает баночку с таблетками, показывает, как натянуть на голову полиэтиленовый пакет. Но одна девочка не поддается на его уговоры. И очень зря, потому что вскоре в отсутствие мамы ее начинает насиловать какой-то мужчина. И жизнь девочки становится столь печальной, что однажды она решает-таки внять доброму сказочному советчику и кончает с собой. Для усиления эффекта на сцене появляется реальная девочка 8 лет, облитая (надеемся, бутафорской) кровью и символически распятая на кресте…
Летом 2012 года в Москве разразился скандал в связи с постановкой в Московском академическом Музыкальном театре имени К.С.Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко оперы Бриттена "Сон в летнюю ночь" по одноименной пьесе Ше
Вадим Сайфуллин # 23 ноября 2014 в 19:35
http://www.teatral-online.ru/news/9674/
Прыжок в неизвестность
В Европе набирает обороты шокирующий театральный жанр site-specific
Татьяна ВЛАСОВА

В редакцию «Театрала» приходят десятки писем, в которых зрители возмущаются экспериментами режиссеров, а любое авангардное веяние в театре называют шарлатанством…

Российская публика не привыкла к тому, что с ней не церемонятся и выводят из «зоны комфорта». Это расценивается как «провокация» и даже «хамство». Между тем новый европейский театр обращается со зрителем намного смелее.

Время внесло свои коррективы: зрителя не развлекают, а пытаются растормошить, поскольку театр на Западе – не всегда зал c удобными креслами, на которых можно откинуться и даже заснуть. Купив билет на спектакль, человек может оказаться где угодно: в заброшенном цехе, на железнодорожной развязке или в пустом бассейне. В поисках других «правил игры» режиссеры часто выходят на улицу и присматривают новые пространства. Это направление в театре получило название site-specific. Публику оно делает главным участником спектакля и гарантирует экстрим.

«Театрал» собрал несколько примеров…

«Не молчи!»

В Лондоне зрителей спектакля You Me Bum Bum Train инструктируют уже на входе в театр:

– В критических ситуациях складывайте руки на груди и кричите: «Побег!» – вас немедленно отведут в безопасное место.

Впрочем, театра как такового здесь нет. Действие происходит в подвале заброшенного офиса на Bethnal Green. Из группы зрителей выбирают одного и проводят через лабиринты сцен с участием двухсот актеров. Спустившись на лифте в недра здания, он видит перед собой пустынный темный коридор. Многочисленные повороты и подвальный мрак давят на психику. Захочешь сбежать – не сбежишь.

И чем дальше от лифта, тем больше «погружение в предлагаемые обстоятельства». Сначала зритель вынужден колесить на инвалидном кресле, а потом карабкаться, ползти, бежать и справляться с десятком главным ролей. За очередным поворотом появляется шумный класс, и школьники принимают его за учителя: хватают за пуговицу, начинают хамить. За другим поворотом предстает сцена жесткого допроса, где он должен выступить в роли строгого полицейского. За 40 минут «испытаний» отмолчаться почти никому не удается.

Шокирующие сцены – одна из особенностей site-specific
Шокирующие сцены – одна из особенностей site-specific
«Не подсматривай!»

В старом Grand Ocean Hotel (Брайтон, Великобритания) публику встречали не только странные сотрудники. Пустующее здание оказалось переполнено фантомами, а все происходящее тяготело к фильмам Стенли Кубрика. Таково краткое описание спектакля Dirty Wonderland («Грязная страна чудес»), а подробное может шокировать…

Сначала зрителей ведут по лабиринтам коридоров и винтовым лестницам, но вдруг меняется освещение – и персонал отеля начинает двигаться как на замедленной съемке, целовать и ласкать друг друга. Мимо проносятся обнаженные девушки – визжат, колотят в двери гостиничных номеров и умоляют впустить их обратно. Но зрители движутся дальше – вслед за агентом по продаже недвижимости:

– Я покажу вам лучшие номера, – говорит он, обращаясь к зрителям как к потенциальным покупателям.

Site-specific переворачивает не только сознание
Site-specific переворачивает не только сознание
Он открывает дверь и приглашает публику в чьи-то апартаменты, где на кровати лежит раздетый молодой человек, ожидая, когда его девушка выйдет из ванны. Но вместо нее в спальню приходит совсем не та, с кем он приехал. Слово за слово. И оказывается, что свою спутницу он потерял из виду, когда персонал затеял на входе «грязные танцы». Не удивительно, что из номера незнакомой дамы, готовой к ночи любви, он сбежал, как только понял, что обманулся. Вслед за ним бегут и зрители…

Но приключения здесь только начинаются. На одном из этажей, например, они видят, как персонал вычищает ковры сначала тряпкой, а потом языком. В главном холле рассматривают человека, висящего под люстрой на высоте 20 метров. Замечают на стенах кровавые следы…
Вадим Сайфуллин # 24 ноября 2014 в 15:08
http://culture.ru/press-centre/interviews/7792/ ПОЛНОСТЬЮ

Михаил Шемякин: "Принес мусор, обвязал веревками - вот тебе современное искусство!"

Интервью с известным художником опубликовано в свежем номере газеты «Культура». Беседовал с Михаилом Шемякиным Юрий Коваленко (Париж)

культура: Что было самым важным в твоей жизни?

Шемякин: Изгнание из Советского Союза, жизнь во Франции и в Америке, наконец, возвращение. Буду и дальше работать на Россию — для этого я, собственно говоря, и создан. Родину не выбирают, ей служат.

культура: Чем ты можешь гордиться?

Шемякин: Постоянным поиском себя и нового в искусстве. Поэтому перемены в творчестве считаю одним из своих главных достижений. Горжусь и тем, что нужен людям, которые любят и понимают серьезное искусство. И верят, что рано или поздно оно победит.

культура: Ну, а твои самые большие разочарования?

Шемякин:Настоящий творческий человек — если он не самовлюбленный болван — постоянно испытывает разочарования. Они и есть стимул, ведущий мастера вперед.

культура: Как собираешься отметить юбилей?

Шемякин: Выставкой «Тротуары Парижа» в Русском музее, она открывается 29 мая. Еще одна пройдет в нью-йоркской галерее «Mimi Ferzt». Осенью в серии «Авангард на Неве» выйдет моя книга «Круг Шемякина» о друзьях — философах, музыкантах, поэтах, художниках.

культура: Какое место ты отводишь себе в истории русского искусства?

Шемякин: Часто настоящее признание приходит, когда художник пишет работы, находясь в другом измерении. Помнится, в свое время искусствовед Катя Деготь важно заявила: «Шемякина в будущее мы не берем». Тогда я призадумался, хочу ли попадать туда с художниками, которых она с собой прихватила. Потом вспомнил, как в СССР на одном из допросов меня тряс за шкирку офицер КГБ с криками: «Таких гадов, как ты, в будущее не пустим». И подумал: «Боже, как все это похоже!»

культура: Но ведь ты мне рассказывал, что именно органы тебя спасли.

Шемякин: После моих встреч с Путиным некоторые деятели стали укорять в том, что я, бывший диссидент, распиваю чаи с офицером госбезопасности: «Как же вам,Шемякин, не ай-яй-яй? Сдали свои позиции!» На укоры отвечаю: «Это учреждение спасло меня от сумасшедшего дома и от лагеря. После ареста подполковник КГБ сказал мне: «Союз художников жить на свободе Вам не даст — каждый день идут кляузы и доносы, которые строчат коллеги по кисти и резцу. Мы вынуждены принять меры и посадить Вас. Поэтому предлагаем уехать из России на долгие-долгие годы и попробовать выжить там». Я, естественно, согласился на отъезд, а не на лагерь и не на психушку, где уже бывал.

культура:Как изменилось искусство за последние полвека?

Шемякин: Очень сильно. Сегодня мы находимся на пике распада эстетики, морали, профессионализма, мысли, которая должна быть вложена в любое произведение. Это надо пережить. К счастью, вижу перемены. Снова появляются серьезные художники, занимающиеся фигуративным искусством.

культура: В чем для тебя смысл творчества?

Шемякин: Сейчас с помощью произведения искусства каждый объявляет, что хочет. А для меня подлинное творение — это четко выраженная мысль, облеченная в гармоничную форму, которой подчинены рисунок, композиция, цвет. Больше всего не люблю болтовню и бессмысленность — ими сегодня наполнены все галереи. Поэтому на выставках так много картин без имени — нечего называть. Зритель волен додумывать сам. Подобная игра происходит от беспомощности.

культура: Что ты хотел бы непременно успеть?

Шемякин: Конечно, написать еще не одну картину. Но меня прежде всего волнует судьба российского искусства. Я больше 45 лет занимаюсь исследованиями. Хочется воспитать учеников и сохранить то, что можем потерять, — профессионализм, глубину, мысль.

культура:В какие моменты художник счастлив?

Шемякин: Когда работаю в мастерской и под рукой есть кисти и краски, мне больше ничего не надо. Но хочу еще помочь в подготовке молодых российских хуожников, превратить свой Институт философии и психоло
Вадим Сайфуллин # 25 ноября 2014 в 05:35
ПОЛНОСТЬЮ http://expert.ru/expert/2012/33/bunt-ofitsianta/

Бунт официанта 6813 196
Культура стала заискивать перед шпаной, хамом, фашистом, перед оголтелым невеждой

Максим Кантор

Культура стала заискивать перед шпаной, хамом, фашистом, перед оголтелым невеждой. Теперь приходится оправдываться за то, что веришь в Бога, в семью, в законы общежития
Бунт официанта Вокруг идеологии,Долгосрочные прогнозы,Религия,Россия,Дела судебные,Приговор Pussy Riot
Фото: Reuters

В искусстве есть понятие «контрапункт», кульминация сюжета. Пункт против пункта, утверждение против утверждения, две темы столкнулись.

Если не нужно разрешить вопрос, разобраться в переживаниях, отличить хорошее от плохого — то обращаться к искусству нет нужды.

Тварь дрожащая — или право имею, быть — или не быть, война — или мир, красное — или черное, коварство — и любовь, Дон Кихот — и Санчо, Карлсон — и Малыш; одновременное развитие двух тем необходимо и в детской книжке. Даже в бесконфликтном романе «Винни-Пух» представлены полярные взгляды: Пятачок предлагает положить в ловушку для Слонопотама желуди, Пух настаивает на меде, в итоге Пух кладет в ловушку горшок, но мед съедает. Ловушка с пустым горшком — контрапункт произведения, образ собирает противоречия воедино. Классическое искусство использует прием контрапункта, наделяя образ двойной природой: великие скульптуры имеют разнонаправленные векторы движения — Дискобол закручивает движение форм в двух противоположных направлениях; герои романов вступают в противоречие сами с собой — Гобсек скуп и благороден, Лир безумен и мудр. Щека Богоматери — розовая и живая щека, прижатая к желтой мертвой щеке Христа, — есть величайший контрапункт живописи Возрождения, кульминация пластического искусства. Контраст в живописи придуман, чтобы сделать контрапункт зримым. Ван Гог так виртуозно пользовался противоречиями палитры, что умел найти точку в картине, где представлены все контрастные цвета. В его портретах эта точка — глаз персонажа: изжелта-белый белок, темно-фиолетовый глаз, голубая тень под глазом, охристое веко, розово-красный уголок глаза; Ван Гог умеет в кульминационной точке повествования соединить все контрасты. Образ, в котором положительное начало и отрицательное (добродетель и гордыня, героизм и беспутство) сплелись воедино, есть условие убедительности героя. Мы называем персонажа плакатным, если автор показывает только положительные стороны характера. В искусстве убедителен тот герой, который являет нерасторжимое целое из непримиримых противоречий. В этом отношении (то есть в сочетании несочетаемого) эстетика светской культуры повторяет основной постулат христианской религии. Контрапунктом всей христианской культуры — и живописи, и музыки, и литературы, и философии — является образ самого Иисуса Христа. Недаром Христа изображают в одеждах контрастных цветов: красный цвет символизирует земную природу, голубой — природу небесную. В эти контрастные цвета Христос облачен всегда, в картине «Явление Христа народу» вы еще не видите Его лица, но контраст цветов уже явлен. Спаситель сразу дает нам понять, что Он есть точка схода противоречий мира, Он есть контрапункт бытия. Образ Спасителя соединяет две природы, божественную и человеческую, в противоречивое единство, которое именуют «неслиянно нераздельным». Образ Иисуса, по сути, и есть наиболее точное определение контрапункта. Одно начало делается понятным лишь по отношению к другому началу: мы никогда не поймем неба, не зная земли; божественным началом задается измерение человеческого, и наоборот. Все образы, созданные в искусстве стран христианского круга, безусловно исходят из этой двуприродности — само искусство по определению двуприродно: бренная материя (краска, бумага, камень) преобразуется в нетленное. Высказывание образное не существует вне контрапункта — иначе превратится в приказ или орнамент, в нечто служебное. Скажем, в уголовной хронике драмы нет, поскольку нет образа: в случае Чикатило нет драмы, а в случае Отелло — драма есть. В плакате нет драмы: «Не стой под стрелой!» — тревожное сообщен
Никита Истюшкин # 25 ноября 2014 в 18:48
Статья грамотная, но, на мой взгляд, слишком однобокая для культуроведческой. С автором не согласен с самого начала - с трактовки христианской культуры. И кто сказал, что, например, член на мосту напротив ФСБ это искусство? На нём заострено внимание и делается несколько неправильных, опять же, на мой взгляд, выводов. Или - Марсель Дюшан совсем другое писал о своём "Фонтане", нежели говорится здесь. И т.д.
Вадим Сайфуллин # 26 ноября 2014 в 09:34
http://www.rg.ru/2005/02/09/konchalovskiy.html ПОЛНОСТЬЮ.

Победа рынка над искусством 1
Как маркетологи берут верх над творцами
Текст: Андрей Кончаловский
09.02.2005, 05:00
Twitter ВКонтакте Facebook Google+ СсылкаОпубликовать в блоге Версия для печатиВерсия для печати
Андрей Кончаловский. Фото: "РГ"
Андрей Кончаловский. Фото: "РГ"

Оцифрованное искусство

Технический прогресс и эстетическая тенденция постмодерна, завоевавшая прочные позиции к XXI веку, существенно изменили саму природу творчества. Многое стало настолько легко и доступно, что кино сегодня может снимать любой. Бери видеокамеру - она теперь небольшая, цифровая, сама ставит фокус, сама - экспозицию, - и снимай. Потом это можно смонтировать на компьютере и подложить музыку. Будет кино. Это стало так же просто, как писать популярную музыку.

Музыка, которая называется попса, сегодня сочинена не композитором, а компьютером - так называемым секвенцером. Компьютер выдает необходимые гармонии, и сочинять на нем можно, не зная и нотной азбуки. Так называемые музыканты сегодня могут принести готовую фонограмму, но не умеют записать музыку на нотных линейках.

Век любителей?

Мастерство - фундаментальное понятие. Из далеких пластов истории приходили к нам традиции и ремесла, профессии передавались от поколения к поколению, впитывались с молоком матери. До сих пор в Китае врач, который себя ценит, может с гордостью насчитать до десяти предшествующих поколений врачей. Как миф о Трое, доведенный до шедевра Гомером, передавался из века в век, так передаются мастерство резчиков по кости в Китае, искусство хохломской росписи, дымковской игрушки. В школах Тициана, Веронезе, чтобы стать художником, надо было учиться всю жизнь. Эти люди испокон веков ценились на вес золота - ювелиры, поэты, картографы. Их брали в плен, в рабство, но никогда не убивали, им создавали прекрасные условия, чтобы они могли творить. Поэтому можно увидеть персидские мотивы в египетской пирамиде, арабские узоры в европейском искусстве. Эти художники создавали штучный, уникального качества товар, ему можно было подражать и самим расти, подражая. Вопрос о количестве никогда не ставился, как раз наоборот: каждый феодал, герцог или Папа стремились иметь то, чего нет больше нигде на свете.

Буржуазия и либерализация западных государств поставили новые задачи. На смену уникальности пришло требование массовости, общедоступности продукта. В прошлом веке возникло искусство маркетинга, а сегодня термин "поп-культура" ассоциируется с миром огромных чисел. Сегодня значение произведения искусства может рассматриваться только с точки зрения потенциальной его продажи. И если продукт создан неграмотным, но ловким дельцом и его покупают, этот продукт можно считать искусством. Это обусловливает исчезновение самой потребности в культуре, в профессионализме художника и способствует росту любительщины.

Франсуа Мориак заметил, что XX век будет веком футбола, и ошибся на сто лет

В кино и музыку хлынули дилетанты. Иногда с успехом. То же можно сказать и об изобразительном искусстве, ТВ, театре. Это можно объяснить не только технической доступностью, но и тенденцией постмодернизма, сознательно разорвавшего преемственную связь с традициями мировой культуры. Этот разрыв позволил художнику избавиться от того, что называют "культурной ассоциацией". А именно культурная ассоциация и дает художественному образу многомерность и глубину. Зато там, где необходим технический профессионализм, где требуется кропотливое обучение, дилетантов быть не может. В архитектуре без знаний делать нечего - здание развалится. В балете, в спорте, в цирке, в опере необходимо изучение техники ремесла.

Если же рассматривать современное коммерческое кино с точки зрения искусства, то здесь можно наблюдать в чем-то близкий, но во многом и отличный процесс. Режиссерские кресла заняли молодые люди, пришедшие из рекламы и МТВ. Конечно, они знают азбуку и технические приемы, но язык, содержание - то, в чем проявляется индивидуальность худо
Вадим Сайфуллин # 26 ноября 2014 в 22:02
http://vozduh.afisha.ru/art/iz-chego-sdelany-sovremen.. Состояние театра Из чего сделаны современные спектакли

«Афиша» собрала и описала самые яркие примеры клише и штампов, которыми опознается любой спектакль, желающий быть современным.
Наталья Меркулова # 28 ноября 2014 в 19:55
Российским провнциальным театрам грозит не современное искусство,а самодеятельная местечковость.Что касается дилетантов- это неизбежный продукт нынешнего уровня образования, в том числе и театрального..всякого рода ускоренные курсы в ВУЗах и Академиях..Оно размножается.С чем и поздравляю.
Яндекс.Метрика